Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

Таити, Таити ...

logo

Производительность  труда  и поддрежка  занятости

Срок реализации  проекта до 31 декабря 2024 года
Бюджет  проекта  52, 1 млрд  рублей
[Spoiler (click to open)]Куратор  национального  проекта Силуанов Антон Германович

Системные меры по повышению  произволительности труда    Бюджет 5,6 млрд рублей

Адресная  поддержка  повышения производительности  труда на предприятиях  Бюджет 33, 9 млрд  рублей

Поддержка  занятости  и повышение эффективности  рынка труда для обеспечения роста производительности  труда  Бюджет  12, 7 млрд  рублей
https://futurerussia.gov.ru/proizvoditelnost-truda-i-podderzhka-zanyatosti

... если и  так  кормят, зачем  производительность труда  повышать?  Генри Форду  давали  баксы для повышения  ПТ?  У него была проблема,  большая текучка. Только  выучился и  ищет другую работу.  Он изобрёл  13 зарплату.  Что означает  эта  трата денег  в России, понять  можно и к производительности труда  эта трата  отношение  не имеет.  В СССР так  же раздавали  безналичные и их хитрыми методами  обналичивали сразу  в товары  узкого распределния - ковры,  холодильники, хрусталь, мебель, магнитофоны, акустические  системы, усилители, пылесосы и пр. по  мелочи, типа  пожрать на халяву.  Компартийцы  очень любили  на халяву.  Прикармливание  очень вредно,  потому что  несоразмерно  уму,  повышает  самооценку. Если умный, почему  не богатый? -  это о произволительности  труда.  Как  у нас строили  социализм, так строят и капитазизм, но доступ к деньгам существенно облегчился. То хоть товаром брали, а теперь ........... чистая   финансовая  бухгалтерия.  Экономика - это наука, которой в России  нет.
МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

Интервью Грефа о ... влечении

— Чего, кстати, вы ждете от начавшегося года?

— Ничего оптимистичного.

[Spoiler (click to open)]

— Персонально для России или глобально для мира?

— Мы все живем в одном хрупком здании.

Больная тема… Знаете, макроэкономику можно сравнить с огромным животным. Слоном или носорогом. Ему долго могут досаждать мухи, слепни, бабочки или птички. Гиганту будет лень реагировать на всякую мелочь, но в какой-то момент надоест, он встанет, слегка поведет плечами, и этого хватит, чтобы все вокруг бросились врассыпную.

Здесь штука похожая. Макроэкономику трудно сбить с тренда, но если она сдвигается, вся система пускается вразнос. Никто не знает, когда это может произойти. В любой момент.
Человечество накопило слишком много негатива и начинает последовательно разрушать то, куда шло последние полвека. Не верю, будто подобный фокус останется без последствий. К сожалению, мы с этим столкнемся, нас ждет разрушение существующего миропорядка. Будет весьма болезненно

— Пугаете, Герман Оскарович!

— Делюсь ощущениями. Другой вопрос, что к грядущим потрясениям можно прийти в разном состоянии. Очевидно, что существующая модель мироустройства долго не протянет, да и национальные управленческие модели тоже. Ключевое противоречие сегодня заключено между сложившимися старыми пирамидальными системами принятия решений и экспоненциально растущей скоростью изменений. При таком объеме перемен пропускная способность в принятии решений пирамидальных систем весьма ограниченна и не способна поддерживать адекватность системы в целом. Однако сейчас своими действиями политики только наращивают эти диспропорции, да еще и явно мы движемся к ловушке Фукидида — противоречие между доминирующей мировой силой США и быстро растущей — Китаем. Поэтому, если вовремя не перестроить международные и национальные институты, будет взрыв.

Тяжелая история. Видимо, человечеству надо хлебнуть лиха, крепко пострадать, чтобы понять, как был ценен мир, который мы имели. Экспонента развития современных технологий и линейное развитие человеческой психики вступили в драматическое противоречие. Все должно прийти в соответствие.

Остальное является следствием этого главного конфликта.

— И чего ждать?

— А зачем ждать? Надо жить. Все равно не угадаешь, что станет последней каплей. Знаете, как говорят? Кризис приходит позже, чем ожидаем, и раньше, чем мы готовы.

— Защиты не существует?

— Ну почему? Поддержка максимально возможной конкурентоспособности и гибкости. Таким большим структурам, как государства, это делать тяжелее.

Герман Греф: не лги, не воруй, не ленись - ТАСС

Системой  становится, имеющее  основы.  В  первой  статье Конституции  у нас  написана основа или позаимствованое?  Первично, экономический  базис или  эмоциональная надстройка?  Был  эксперимент и теперь страх  - не  создать  экономический базис? Государству  нужны  общее образование, общая история и  теории.  Уровень жизни не  может быть выше  уровня  образования. Уровень образования  определяет  доступ к ресурсам. Опасность  заключается в  привязанности и влечении   к Западу.   Влечение  к Западу  было у бояр, выбравших себе царём поляка  и у Иоанна Грозного, собиравшегося  уехать  в Англию.  Пётр 1  был  государственником и по этому, с  высоким уровнем  образования.  У него было  не  влечение, а применение  имеющихся ресурсов.   У нас в  экономике  не применяется  ресурс в виде  исследования  Адама Смита и по  этому,  есть влечение и подражание.  Велосипед  изобретать, конечно, не надо, но  об основах  подумать следует. 
МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

Потешная модернизация

Российский карго-культ «инновационного развития»

Многие, наверное, в курсе забавной истории о дикарях Меланезии, которые после посещения островов американскими летчиками стали делать соломенные макеты самолетов, имитировать работу военно-воздушной базы, чтобы привлечь обратно белых иностранцев с их полезными товарами. Причем, особенно забавным выглядело то, что не получив практических результатов, островитяне стали с еще большим рвением поклоняться аэродромам и «божественным» самолетам.

К чему я привел этот пример? Когда сегодня в России с высоких трибун заявляют об инновациях и

[Spoiler (click to open)]

«инновационном развитии», то мы имеем точно такую же ситуацию. Подчеркиваю: точно такую же! Ибо всё, что касается официальных подходов к технической модернизации, является прямо-таки классическим карго-культом – как по форме, так и по содержанию. Правда, вместо моделей самолетов у нас выступают солнечные модули, компьютерные девайсы, электромобили и прочие-прочие образцы современных инновационных разработок, которые постоянно мелькают на всяких помпезных выставках и технологических форумах.

Почти в течение десяти лет я наблюдаю эту захватывающую эпопею вывода страны (как бы) на рельсы инновационного развития. После объявления курса на техническую модернизацию основное усилие российского официоза свелось к организации дорогостоящих мероприятий во славу инноваций. С тех пор руководители разных уровней наперебой стремятся засвидетельствовать свое почтение научно-техническим изобретениям, для чего как раз и устраиваются всякие выставки и форумы, произносятся восторженные речи и организуются всевозможные «круглые столы» с участием ученых. Потом всё это разносится по средствам массовой информации – с таким видом, словно граждане стали свидетелями величайших событий и отметили очередные вехи нашего стремительного «вставания с колен».

В результате у человека, далекого от «кухни» указанных мероприятий, возникает ощущение, будто руководство страны прикладывает все усилия к тому, чтобы двигаться путем прогресса. И насчет «усилий», пожалуй, они совершенно правы. С одним лишь уточнением – все «усилия», в данном случае, по сути своей ничем не отличаются от того, чем занимались дикари Меланезии, зазывая американских летчиков своими плясками вокруг соломенных макетов. У нас сегодня с не меньшим рвением (и с тем же результатом) большие начальники устраивают ритуальные хороводы вокруг солнечных панелей и всяких цифровых диковинок, полагая, что таким путем они якобы «привлекают инвесторов».

Я не буду сейчас вдаваться в пространные рассуждения. Перейду к фактам, красноречиво иллюстрирующим нынешние российские подходы к инновациям.

Приведу один факт о роли «инновационного центра» Сколково. Если не ошибаюсь, Лорен Грэхэм, хорошо осведомленный насчет ситуации в российской науке, указал на то, что западные компании через подобные центры обеспечивают себя дешевыми кадрами. Другой отдачи от них практически нет. Объясню это на конкретном (и совсем не выдуманном) примере. Так, в настоящее время известные авиационные компании - Airbus и Boeing – работают над двигателем нового поколения, где используется эффект непрерывной детонации. Указанный эффект предполагает более высокий КПД, меньший вес мотора (при сопоставимой мощности) и, соответственно, меньший расход топлива. «Боинг», вроде бы, уже анонсировал выпуск самолета с новыми двигателями на 2018 год.

В общем, для работы над таким серьезным проектом привлекаются специалисты, занимающиеся темой непрерывной детонации. В Российских академических институтах, работавших когда-то на оборонку, как выяснилось, такие спецы есть, и их фундаментальные труды даже переведены на несколько иностранных языков. Не буду приводить деталей, но вопрос привлечения этих специалистов, как говорится, - дело техники. Так, западная компания регистрирует своих представителей в качестве резидентов Сколково, те выходят на нужный институт, связываются со спецами, заключают контракт, поставляют по контракту необходимое оборудование – и дело в шляпе. Спецы проводят исследования и пересылают своим компаньонам полученные параметры. Параллельно они (будучи сотрудниками государственного научного учреждения) отчитываются перед правительством научными публикациями, где частично приводятся данные проведенных исследований. В общем, умудряются убить сразу двух зайцев – и отработать тему перед заказчиками, и отчитаться перед официальным куратором.

В правительстве, как мы понимаем, до этой непрерывной детонации никому нет дела. Куда конкретно идут результаты исследований, также никого не волнует. И даже не волнует вопрос: откуда у ученых появилось дорогущее оборудование, на которое наше славное руководство страны совсем не выделяло денег?

Весь цимес в том, что правительство и не собиралось такие деньги выделять. Вообще! Мало того, перед учеными никто и не ставит конкретной задачи работать над этими проблемами. Главное, чтобы они не просили у государства лишних денег и вовремя засылали отчеты (то есть соблюдали форму, так сказать). И ожидать от правительства какого-то интереса к указанной научной теме не приходится в принципе, поскольку наши «Суперджеты» летают с благословения государства и в технологических прорывах, похоже, вовсе не нуждаются (если судить по официальной информации, то у них и так всё делается на высшем уровне). Понятно, что когда в воздух поднимутся самолеты с двигателями нового поколения, для «Суперджетов» наступит черный день. Но весь юмор здесь именно в том, что на инновационные программы зарубежных конкурентов преспокойно работают и российские специалисты – прямо в своих лабораториях. Да еще и отчитываются перед государством полученными результатами, оправдывая тем самым свою зарплату. Впрочем, отечественные авиастроители, судя по всему, по этому поводу совсем не переживают. Собственно, чего им переживать-то? Государство нашему авиапрому подкидывает денег в разы больше, чем западная компания перечисляет каким-то там академическим «очкарикам».

Кроме непрерывной детонации, в России есть специалисты, работающие по контракту с зарубежными институтами, занимающимися проблемой… термоядерного синтеза. Конкретно могу сказать, что наши новосибирские спецы вместе с немецкими коллегами работают над огнеупорным материалом для термоядерного реактора. В другом институте освоили технологию выращивания нелинейных LBO-кристаллов. Заключили контракт с французами, создали малое предприятие. Французы подбросили денег на необходимое оборудование (тоже дорогое, кстати). Судя по всему, кристаллы сплавляют за бугор. Спрос там на них достаточно высокий. Ведь, по сути – штучное изделие. Применяют их, в частности, в лазерной технике. Причем эти лазеры - благодаря особым свойствам кристалла - вполне могут использоваться (пока что в теории) для управления термоядерным синтезом.

Понятно, что российскому руководству весь этот термояд глубоко «до фени». Соответственно, и от работы наших ученых в этом направлении правительству РФ ни холодно, ни жарко. Достаточно посмотреть на нашего премьера, послушать его высказывания, как станет совершенно ясно, что человек этот совсем не в той форме, чтобы курировать столь серьезные вопросы. Поскольку большим российским начальникам понты прекрасно заменяют реальность, то особо погружаться в сложные научно-технические темы стимула у них нет. Карго-хороводы в этом плане не так обременительны - не только для бюджета, но и для начальствующих мозгов.

Довольно странно, конечно же, когда ученые на бумаге отчитываются перед государством за те исследования и направления, на которые само государство раскошеливаться совсем не намерено и, по большому счету, нашим большим начальникам на всё это глубоко наплевать. Мало того, государство даже не дает объективной возможности «пристроить» полученные знания и результаты на практике (в своей стране, разумеется). В этом, наверное, уникальность нынешней ситуации. Как бы мы ни относились к Советскому Союзу, но все-таки в те времена научные направления формировались под конкретные задачи. Ныне представители науки и представители власти взаимодействуют так, будто живут в совершенно разных мирах. Скажем, у нас есть институты, занимающиеся выведением трансгенных растений (проще говоря – ГМО). Они занимаются этим не один год и, как положено, отчитываются за проделанную работу и получают зарплату. При этом, как вы знаете, выращивание ГМО у нас недавно полностью запретили. То есть, ГМО запретили, а научную работу по трансгенам оставили.

Другой пример. В советское время были планы по выводу угольной энергетики на новый технологический уровень. Этим занимались целые институты и на такую работу выделялись деньги. Работа в данном направлении (по инерции) осуществляется и поныне. Так, ведутся исследования по использованию водно-угольного топлива (ВУТ) и ультратонкого помола угля (когда уголь начинает гореть почти как природный газ, не давая сажи и не требуя специальной «подсветки» угольных котлов). Ученые, естественно, получают зарплату, делают публикации, пишут отчеты, время от времени им выделяют государственные гранты (да-да). Но когда речь заходить о внедрении этих разработок, то государство показывает им большую дулю , как будто проблема внедрения – забота самих ученых, не имеющая к государевым мужам и вопросам развития страны никакого отношения… Почему так? Да потому, что заниматься реальной модернизацией угольной энергетики наше правительство не собирается вовсе. Отговорка простая – денег нет (как всегда). Так, по теме использования микроугля ученые получили категоричный отворот-поворот прямо от профильного министерства. Мол, отстаньте от нас, внедрения ваших разработок не будет. Тем не менее, правительство (в лице ФАНО) один хрен требует от института отчета, в том числе и по этой теме.

Конечно, для виду у нас принимаются всякие государственные целевые программы, принимаются законы, подписываются президентские указы. Но всё это происходит исключительно в целях организационного обеспечения карго-мероприятий. Президент-де подписал «прорывной» указ. Ура, товарищи! Слава президенту! А что на практике? Да ничего серьезного… Расслабьтесь.

Вот один показательный пример, связанный с той же энергетикой. Как вы знаете, в нашей стране электрическая генерация в основном обеспечивается крупными электростанциями мощностью от 25 МВт и выше. Сгенерированное электричество поставляется на оптовый рынок и уже оттуда через сетевые компании «заводится» потребителям. В настоящее время на оптовом рынке наметился явный перегруз. С сетями тоже не всё благополучно. По-хорошему, необходимо развивать региональные рынки электроэнергии, для чего придется диверсифицировать источники генерации. Например, за счет малых энергетических объектов, напрямую работающих на конечного потребителя. Один из путей – перевести небольшие тепловые станции на комбинированную выработку тепла и электричества. В США, например, этим вопросом озаботились еще с 1970-х годов. У нас правительство недавно как бы тоже озаботилось этой проблемой, предписав региональным властям обеспечивать газовые котельные электрогенераторами в ходе планового капитального ремонта.

Что получили на практике? Ничего. Котельные на местах ремонтируют, но в режим когенерации не переводят. Отговорка классическая: «денег нет». И как бы правительство ни пыжилось, котельную все равно запускают, поскольку оставить народ без тепла нельзя. Так и живем… По-старому.

Это я привел к тому, чтобы показать, как на практике у нас выполняются указы и постановления, якобы направленные на модернизацию. Причем, перевод газовых котельных в режим когенерации – процесс, давно уже испытанный во многих странах, ничего суперсложного и инновационного в себе не содержащий. И, тем не менее, в нашей стране он превращается в трудновыполнимую задачу в силу абсолютной неадекватности самой системы управления и засилья монополистов («выращиваемых» и поддерживаемых самим же государством). Что же тогда говорить о реальных инновациях, о внедрении чего-то принципиально нового?

Объясню, что внедрение любой разработки требует проведения НИОКР, когда технология отрабатывается на действующем объекте (по сути, осуществляется так называемый пилотный проект). НИОКР – вещь затратная. В рамках федеральных целевых программ (разбросанных по разным министерствам) на это дело вроде как предусмотрены определенные суммы. Проблема в том, что суммы эти – чисто символические (ну, а вы чего хотели?). Так, максимальный размер гранта, выделяемого на один НИОКР, составляет 20 миллионов рублей. И то – в лучшем случае, если вам сильно повезет. Обычно средний объем финансирования не превышает пяти миллионов. Чтобы понять порядок цифр, отмечу, что в США Департамент энергетики на программу «Чистый уголь» выделил ТРИ МИЛЛИАРДА ДОЛЛАРОВ. По нынешнему курсу это будет порядка 160 миллиардов рублей! Такую сумму правительство США выделило на разработку и внедрение одной конкретно взятой технологии, направленной на эффективное сжигание угля (отмечу, что данная технология уже прошла все тестовые испытания на двух действующих энергетических объектах).

Чтобы вы еще лучше представили масштаб цифр, укажу, что годовой бюджет российского института, занимающегося (в том числе) такими технологиями, не превышает 700 миллионов рублей (это со всеми грантами и хоздоговорами). Что такое каких-то 20 миллионов на НИОКР? Это примерно то же самое, как попытаться купить «Мерседес» по цене «Запорожца». Если выделять гранты такими микроскопическими объемами (а они и в самом деле микроскопические), то ученым и инженерам понадобится лет сто, чтобы «наскрести» нужную сумму на завершение всего объема работ. Чудес здесь не бывает, и обмануть природу никому не удастся.

Вот вам еще один пример. Не так давно, в связи с продуктовыми «антисанкциями», у нас в правительстве озаботились проблемой «продуктовой безопасности». Понятно, что на эту тему провели уже кучу мероприятий, наговорили с высоких трибун большое количество умных слов. Конечно же, был поставлен вопрос и о финансировании научной деятельности в этом направлении. Конкретно речь шла о развитии новых методов селекции современных сортов зерновых и картофеля. Здесь у нас зависимость от импорта колоссальная (впрочем – как и во всем остальном). И вот, одному институту, занимающемуся селекцией растений, пообещали аж целых… 80 миллионов рублей! Если у вас перехватило дыхание от этой цифры, то я вам скажу, что такая известная семеноводческая компания, как Monsanto, тратит на селекцию два миллиона евро… в день!

Да что там говорить! Например, бюджет одного только Стэндфордского университета превышает бюджет всей российской Академии наук. Недавно в печати приводились цифры о том, что китайская компания Huawei тратит на НИОКР в десять раз больше, чем у нас выделяют на ту же Академию.

Зададимся вопросом: почему наше государство разбрасывается какими-то символическими суммами, которые вообще не делают погоды и ровным счетом ничего не меняют, не ведут ни к какой модернизации? Всё очень просто: для нынешней власти все наши научные институты – всего лишь составная часть карго-культа. Когда разработчикам выделяют жалкие пять миллионов якобы «на НИОКР», то это действо надо понимать по аналогии с созданием дикими меланезийцами соломенного макета самолета. Ведь дикари занимались такими поделками отнюдь не ради развития авиации, а ради привлечения белых авиаторов. В российском руководстве существует схожая уверенность в том, будто маленькие бюджетные подачки, как я уже отмечал, должны-де «зацепить» частного инвестора.

У нас на самом деле верят в такие чудеса. В известной сказке Буратино закопал в землю пять золотых, надеясь, что из них вырастет чудесное дерево с золотыми монетами вместо листьев. То же самое мы видим в действиях российских руководителей, уверенных в том, что эти бюджетные крохи обладают тайной магнетической силой. И ничего другого делать будто бы и не надо: достаточно швырнуть горсть монет, как инвесторы слетятся на них словно голуби на пшено. И как бы на практике ни развивались события, у чиновников всегда будет повод сказать: «Мы поддерживаем развитие, мы поддерживаем инновации, мы выделяем на это деньги!»…

Во всяком случае, для выставочных шоу с хороводами вокруг девайсов такой «поддержки» вполне достаточно. А если кто-то из ученых выразит государству недовольство, то любой большой начальник может с чистой совестью отшить его примерно так, как однажды премьер Медведев отшил педагогов: «Ну вы же сами выбрали эту профессию, чего вам еще надо? Хотите денег – ищите другую работу». Применительно к разработчикам данная сентенция обычно звучит в несколько иной формулировке: «Ну, если вам так надо чего-то внедрять, ищите инвесторов. Чего от нас-то хотите?». Я сейчас ничего не выдумываю. Когда разработчики обращаются за поддержкой напрямую к государевым мужам (после форумов и парадов, разумеется), то им тут же дают понять, что «денег нет» и вообще, «это всё ваши проблемы». Как я уже сказал, представители науки и представители власти живут в разных мирах. И в мире больших начальников все проблемы давно решены…

Напоследок, чтобы еще лучше прояснить картину с отечественными «инновациями», приведу два примера, имеющих отношение к «флагману» нашего инновационного развития – государственной корпорации «Роснано».

Пример первый. В Новосибирске есть группа исследователей, занимающихся технологией производства тонкопленочных солнечных модулей на гибких подложках. Для этих целей ими был разработан принципиально новый газоструйный плазмохимический метод, позволяющий использовать для производства фотоэлементов малогабаритные установки. Попросту говоря – снизить затраты на оборудование, тем самым удешевив конечную стоимость продукции. Первые шаги были сделаны при поддержке Росатома (в тесном сотрудничестве с заводом НЗХК, входящим в структуру Росатома). Но после того как организацию возглавил щедровитянин Кириенко, данное направление было признано «непрофильным», и финансирование прекратилось. Тогда разработчики обратились в Роснано.

Теперь поясню, что означает «обратиться в Роснано»? Это означает, прежде всего, пару чемоданов всяких бумаг (кои ученые измеряют килограммами). В общем, два чемодана необходимых бумаг было собрано и отправлено в Москву. По логике вещей, «эксперты» Роснано должны были тщательно изучить эту партию документов. Время шло... Точнее, шли годы, а от госкорпорации – ни ответа, ни привета. Руководитель группы на каком-то мероприятии даже напрямую обратился к господину Чубайсу, но обращение ничего не поменяло. Роснано оказалось непоколебимой твердыней.

Кстати, параллельно наш «флагман инноваций» вложил деньги в предприятие по производству поликристаллического кремния в городе Усолье-Сибирское. Если не ошибаюсь, была закуплена американская технологическая линия. Завод, как и положено, был торжественно запущен и благословлен на самом верху. Правда, в это время в мире (благодаря китайцам) уже подоспели более совершенные технологии производства кремния, в результате чего цена на него на мировом рынке упала в семь (!) раз. Предприятие, разумеется, оказалось «в пролете», но на положении Роснано и ее «гениального» руководителя это совсем никак не отразилось.

И вот как раз в этот жаркий момент, когда новосибирские разработчики уже опустили руки, к ним приехали коллеги из… республики Казахстан и пригласили в Астану. Короче, их разработка благополучно перекочевала в казахстанский Центр плазменных технологий. Естественно, никаких документов в соседнюю республику наши ученые не засылали. В Казахстане о них узнали через публикации в Интернете. Узнали… и специально приехали к ним в Новосибирск.

Наконец, второй пример, почти эпический. Речь идет о печально знаменитом заводе «Лиотех», построенном под Новосибирском. В это детище Роснано, напомню, вложило 15 миллиардов рублей. Завод уже неоднократно банкротился, но всякий раз господин Чубайс каким-то чудесным образом возвращал его к жизни, чтобы тот… обанкротился заново. Последнее банкротство произошло прошлой осенью. Естественно, руководитель Роснано снова посетил предприятие, мало того, в паре с новосибирским губернатором Городецким исполнил ритуальный карго-танец, пообещав, что скоро на этом месте вырастет огромное инновационное чудо-дерево с золотыми листьями.

Тема «Лиотеха» мне особенно близка, поскольку, работая в мэрии Новосибирска, я неоднократно общался с прежним руководством предприятия. В ту пору перед ними остро стоял вопрос сбыта продукции. Точнее, дирекция искала способы впарить свой товар. Говорю «впарить», потому что в данном случае это самое подходящее слово. Напомню, что «Лиотех» выпускал литий-ионные аккумуляторы. В общем-то, вещь своевременная, нужная… Правда, здесь есть один принципиальным момент: аккумулятор этот был китайского образца, производимый из… китайских же комплектующих! Почему сие изделие преподносилось как российский «инновационный продукт», пусть останется на совести господина Чубайса. Надо ли было в производство китайских изделий вкладывать 15 миллиардов – вопрос, наверное, совсем не риторический. Самое смешное (в чём еще раз проявилась «гениальность» господина Чубайса как менеджера) было то, что заказать в самом Китае подобную штуковину было дешевле (если верить словам потребителей), чем покупать ее у «Лиотеха».

В общем, не в силах впарить российским потребителям свой залежалый товар, руководство завода решило выпускать полный комплект энергетического оборудования. Так, вместе с аккумуляторами продавать еще и инверторы. С этой целью спецы «Лиотеха» отправились (понятное дело!) в Китай – чтобы изучить соответствующее агрегаты. Но тут случилась закавыка. Китайцы, видимо, решили немного потроллить своих российских коллег, выдав им техническую документацию по инверторам на… китайском языке. Поскольку наши технари в китайском были не сильны, такое поведение компаньонов вызвало у них легкое замешательство. Конечно, они попросили документацию на английском, но, как мы знаем, Восток – дело тонкое… Учитывая, что через полтора года завод был объявлен банкротом, а руководство поменялось, стоит предположить, что китайский язык прежние руководители так и не выучили.

Показательно в этом случае следующее обстоятельство, совсем не лестное для наших «инноваторов». Как известно, Китай отличается тем, что активно тырит и воспроизводит западные разработки и изделия. В России решили пойти еще дальше, и стали тырить и воспроизводить китайские изделия… Производная от производной, так сказать.

Отмечу, что наличие под боком такого активного соседа оказалось некоторым российским хозяйственникам на руку. Например, у нас есть производители оборудования и инструментов, которые смекнули, что гораздо выгоднее всё это дело закупать в Китае, ставить свое клеймо и продавать как «отечественное» (в данном случае я совсем не шучу).

К слову. Не так давно руководство страны решило избавить российские предприятия ВПК от так называемой «импортной зависимости». История, в общем-то, известная. Руководителям оборонных заводов было велено переходить на «отечественные» комплектующие. Думаю, вы уже поняли, по какому пути может пойти наше «избавление» от импорта. Во всяком случае, запреты на закупки импортных станков сейчас именно так и обходят (по признанию директоров военных предприятий). То есть станок закупают за бугром, меняют клеймо и продают внутри страны как наш «отечественный» товар. Не исключаю, что с комплектующими будет та же история.

Вот на этой «оптимистической» ноте я и закончу. Думаю, умному достаточно, чтобы понять особенности нашего «инновационного развития».
Потешная модернизация


МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

И снова о Зеленых Писях. "Устойчивое развитие" - это пропагандистская компания ....

Опубликовано пт, 12/07/2013 - 11:24 пользователем SKonst
Аватар пользователя SKonst

Осенью 2009 г., когда хакеры взломали почтовый сервер отделения климатологии Университета Восточной Англии, выяснилось, что

[Spoiler (click to open)]

научные доказательства факта глобального потепления сфальсифицированы. Но даже и без этого взлома любому внимательному и думающему человеку было ясно, что в легенде о глобальном потеплении, предлагаемой для широкой публики, что-то не так.

Не нужно быть нобелевским лауреатом, чтобы понять, что самый главный парниковый газ – это водяной пар, а не углекислота или другие газы. Это даже из названия понятно. При той же массовой концентрации водяной пар даёт в 20 раз (!) больший парниковый эффект, чем CO2. И если до конца следовать логике борьбе с глобальным потеплением, тогда налогами на выбросы парниковых газов нужно в первую очередь обложить такие предприятия, как плотины и гидроэлектростанции, рыбозаводы, открытые аквапарки и бассейны, автомойки, предприятия поливного земледелия, фонтанные комплексы (Петергоф)… – всё то, что создаёт лишние водяные пары. Нужно всячески пропагандировать скороварки и запретить хозяйкам варить еду в кастрюлях без крышки. Нужно накрывать тёплые водоёмы плёнками, чтобы уменьшать испарения. Логично? И выигрыш от сокращения парниковых выбросов в таком случае должны получать те предприятия,  которые больше других экономят влагу. Например, производители систем капельного орошения.

Эмоции исключают мысли

Я не думаю, что «зелёные» столь глупы. Просто их пропаганда нацелена на чувства, а потому и не предусматривает включения разума у аудитории. Когда тебе давят на психику, уверяя, что скоро растаят все льды в Арктике и города затопит, а бедным полярным мишкам будет негде жить, самое время утирать слёзы. Но коль скоро здравая логика в рецептах по предотвращению глобального потепления нарушена, значит, за действиями «зелёных» стояли и стоят совсем иные цели. Отдадим должное Greenpeace и другим международным экологическим организациям: после взлома почтового сервера они оперативно перестроились и провели ребрендинг своей деятельности, заменив лозунги. Теперь они упирают не на изменение климата, а на концепцию «устойчивого развития» (sustainable development). Подробно о ней вы сможете прочесть в Википедии. Для нас важно то, что «зелёные» представляют эту концепцию однобоко.

Говоря об «устойчивом развитии», обычно подразумевают соблюдение баланса между человеком и природой, чтобы не отягощать участь нашей планеты, и без того печальную. Например, «энергоположительный» дом должен не только в течение года вырабатывать больше энергии, чем сам потребляет, но и (тем самым) постепенно возвращать затраты на его строительство.

Для «устойчивого развития» самая страшная угроза – это ограниченность невозобновляемых ресурсов. Дело в том, что запасы полезных ископаемых образовывались миллионы лет, а расходуем мы эти запасы за считанные десятилетия. Какое при этом может быть «устойчивое развитие»? Даже если мы переведём весь транспорт на электрическую тягу, а электричество будем на 100% генерировать из возобновляемых источников, мы всё равно достаточно быстро истратим нефть – на производство пластмасс и другую нефтехимию. И даже если все здания на планете сделать «энергоположительными», полезные ископаемые в недрах всё равно не смогут восстанавливаться быстрее, чем мы их будем извлекать. Например, по данным исследования, представленного корпорацией BBC, при нынешних темпах добычи запасов серебра в земной коре хватит всего на 17 лет, меди – всего на 32 года, титана – на 44 года. Вот это совершенно реальная проблема, это ощутимая угроза развитию человечества!
                                                               На сколько лет нам хватит невозобновляемого сырья.

Источник: http://www.bbc.com/future/story/20120618-global-resources-stock-check

Получается, что на деле ситуация с сырьём весьма острая, но организованные «зелёные» именно её предпочитают замалчивать, ограничиваясь малозначащими упоминаниями.

Будущее без прошлого?

Проблема в том, что при определении цен на ископаемое сырьё рынок учитывает расходы только на его извлечение из недр, начальную переработку и доставку. И при этом никак не идут в зачёт процессы, которые шли в земной коре миллионы лет. Если, например, искусственно воссоздать процесс создания каменного угля (выращивать деревья, брать их древесину, после чего при больших давлениях и температурах превращать её в каменный уголь), то такой уголь будет стоить на порядки дороже обычного. То же самое касается и других видов ископаемого сырья. Полноценное «устойчивое развитие» требует резкого сокращения потребления и организации массового воспроизводства  (в частности, путём вторичной переработки) сырьевых товаров, для чего необходимо многократно повысить цены на них.

Возникает вопрос: неужели организованные «зелёные» этого не понимают? Я предполагаю, что прекрасно понимают, просто на деле они преследуют совсем иные цели, чем заявленное «устойчивое развитие», выполняя определённый политический заказ.

Этот заказ исходит от ряда финансовых и промышленных групп, концентрирующихся в развитых странах и пропагандирующих преимущества новой экономики. Это главные финансовые спонсоры природозащитных организаций. А суть заказа состоит в том, чтобы всячески повышать ценность продукции и технологий новой экономики (сложных!, интеллектуальных!, энергосберегающих!, экологически чистых!, щадящих климат!), но при этом постараться не увеличивать цены сырья и энергоносителей, которые предприятиям этой экономики приходится покупать для целей производства. Если принять это предположение, тогда в однобокой интерпретации «устойчивого развития» появляется нормальная логика.

Например, в ветровой индустрии сейчас идёт гонка за повышение мощности единичной ветровой установки. Диаметры ротора уже превысили 120 м и подбираются к 150 м, а мощности генераторов доходят до 6 МВт. При этом «зелёные» не любят вспоминать, что под каждую такую установку нужно готовить бетонный фундамент массой во многие сотни (иногда даже тысячу) тонн. Причём с каждым годом – всё больше. Вес металлической башни тоже исчисляется сотнями тонн и постоянно растёт. Почему об этом молчат? Потому, что строительство таких фундаментов и башен заказчикам шума вокруг «устойчивого развития» не интересно: оно относится к старой экономике, требует слишком много природных ресурсов и не отличается ни сложностью, ни интеллектуальностью, ни экологической чистотой.

В результате «зелёные» пропагандисты рисуют нам ошеломляющий прогресс в ветровой индустрии, но забывают сопроводить его графиками роста миллионов кубометров зарытого в землю железобетона, траты многих тысяч тонн стали и расхода энергоносителей на транспортировку и строительство.

Я убеждён: как и провалившаяся кампания по сокращению выбросов парниковых газов, широко пропагандируемое «устойчивое развитие» – это программа перераспределения прибыли между отраслями новой и старой экономики, которая маскируется под заботу об окружающей среде и о будущем человечества.

Думаю, что если страны с преимущественно сырьевой экономикой выработают свои собственные программные тезисы «устойчивого развития», то они придут к необходимости резко сократить экспорт сырья по низким ценам, чтобы оставить максимум природных ресурсов будущим поколениям. Собственно, король Саудовской Аравии Абдалла уже не раз заявлял такую позицию по отношению к нефти. И тогда нынешняя пропаганда «устойчивого развития» рухнет как совершенно несостоятельная.

Российские газеты и журналы сегодня переполнены плачем об отсталости отечественной экономики, о необходимости её переориентации с экспорта сырья на хайтек и на ускорение глубокой переработки сырья, развитие машиностроения. При этом мало кто отдаёт себе отчёт, что этот «всероссийский плач» инициирован мощной зарубежной пропагандой и предназначен для поддержки сложившейся системы международного перераспределения доходов. Чтобы русские не смели просить высокие цены за имеющиеся у них нефть и газ, цветные металлы и железную руду. Чтобы с благодарностью принимали те жалкие крохи, которые им дают на международных сырьевых рынках, контролируемых западными регуляторами, где вовсю спекулируют крупные международные банки (это называется новой финансовой экономикой). И чтобы задорого приобретали «чудеса хайтека» – электронные безделушки с высокой добавленной стоимостью.

http://www.oilru.com/likbez/read/125/

Информационный центр Aftershock

МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

Компании умирают от старости. Что делать?

Компании умирают от старости. Что делать?
Антикризисное управление – не волшебство, а ремесло. Оно будет требоваться российским компаниям все чаще. Почему? Причины: дебилизация молодежи, выгорание старшего поколения, ветшание основных фондов, внутренняя инфляция, старение идей, считает профессор Александра Кочеткова.

Александра Кочеткова *

[Spoiler (click to open)]

Антикризисное управление имеет свою специфику, в силу чего умные, прозорливые люди, умеющие добиваться результатов, в антикризисном управлении оказываются абсолютно неэффективными. Антикризисный менеджмент по сути своей является реанимационной технологией, позволяющей восстановить жизнеспособность гибнущей компании. При этом нужно уточнить, что не всегда можно вмешаться в процесс разрушения и гибели: спасти погибающие компании можно только пока они находятся в определенном состоянии.

Верный путь к гибели компании

Что такое реанимация компании? Первый момент – мы должны получить рентабельность, пусть и небольшую, «слабо позитивную». Часто люди героического плана наивно считают, что, если маржа нулевая или отрицательная, – надо обязательно совершить какое-то магическое действие – и компания снова расцветет. Вот есть старая яблоня, которая разваливается на части, мы ее омолодим – и она опять начнет плодоносить. Так не бывает. Более того, соединение лечения, то есть антикризисного управления, с развитием, которое должно привести к рентабельности, обычно ведет к гибели компании в течение первых трех кварталов по следующей причине.Кризис в компании наступает не случайно, не по чьей-то злой воле, а вследствие накопления износа капитала. То есть компания умирает от старости.

Не нужно путать этот процесс с влиянием глобальных факторов: внешние форс-мажорные обстоятельства могут сыграть роль повода, который вызывает эффект домино: компании начинают «сыпаться» одна за другой. Но в этом случае они погибают не в результате внутреннего кризиса. Я же говорю об износе всех видов капитала: изнашиваются основные средства, стареют люди, стареет финансовый капитал (имею в виду внутреннюю инфляцию компании вследствие удорожания труда), стареет интеллектуальный капитал – устаревают идеи, на которых базировался бизнес данного предприятия. Именно поэтому наивны представления об антикризисном управлении как о «волшебном рывке»: мы имеем дело со старой компанией, которая накопила проблемы, она не может приложить усилия в одной точке и вывести себя из кризиса: поменяли персонал, но оборудование осталось старым, заменили станки, но работники прежние. Поменяли станки и персонал, а технологии без изменений. Результат нулевой. Потому что нужно, во-первых, менять все виды капитала, во-вторых, нужно дать система возможность синхронизироваться в новом состоянии. Попытки добиться выражено и резко позитивной рентабельности без замены капитала похожи на требование, обращенное к лежачему больному: «Встань и пройди марафонскую дистанцию».

Дебилизация и выгорание

Здесь я сделаю отступление от собственно корпоративной тематики, потому что хочу обратить ваше внимание на общую для российских компаний беду: в России проблемы с человеческим капиталом. Он разрушается. Скорость разрушения растет. Тенденций – две. Первая – резкое падение качества молодежи в качестве будущей производительной силы. Конечно, речь не идет о всей молодежи, мы это понимаем. Налицо процесс деградации поколения – социологи в связи с этим говорят о депривации и о дебилизации. Виной тому – образование, прежде всего – коммерческое, особенно в гуманитарной области. Потому что мы понимаем, что выпускник «Академии ассенизации, туризма, рекламы и права» способен заниматься максимум ассенизацией, но не туризмом, рекламой и правом. Я думаю, что вы интуитивно ощущаете правильность решения властей закрыть коммерческие вузы как неэффективные.

Вторая тенденция – выгорание тех, кто сейчас работает. Выгорание в России нарастает, работающая часть населения изнашивается очень быстро. Это – страшный процесс. Это – гибель этноса в результате перегрузок. Люди страдают наиболее чудовищным образом, потому что ни медицины, ни иных поддерживающих механизмов в стране нет. Компании в основном управляются хищническим образом, и относятся к людям хищнически. Поэтому, если народ сам не займется своим здоровьем – шансов у него нет.

Получается любопытная вещь. Одни не могут создать ничего принципиально нового эффективного, поскольку являются недообразованцами и депривантами. Мало того, если кто-то бросит в их среду некий интеллектуальный капитал – никакое, ни одно великое изобретение реализовать они не смогут. Реальность материальна, чудес не будет. Другие – тоже ничего не смогут реализовать, потому что они – измученные, уставшие люди, относящиеся в большей части с ненавистью или апатией к своей работе…

Вы посмотрите на лица россиян на фотовыставках. На лица посмотрите, на лица… Безволосые, бледные… Полутрупы. О какой инновационной экономике мы говорим? Россия занимает первое место в мире по смертности трудоспособного населения в продуктивном возрасте. Кто будет создавать инновационную экономику? Старики, которые еле ходят – раз, и давно выпали из мировой обоймы – два? Они – великие, гении, допустим, но они давно не стажировались. Что нового появилось за последние 30 лет? Где в России созидательные силы? И, если ничего не появилось, то откуда возьмется за короткий промежуток времени? Для человеческого капитала очень опасно нарушение преемственности. Главы «Роскосмоса» и«Росатома» об этом говорят открыто: у нас нет специалистов среднего возраста, нет преемственности.

Прошло 25 лет с момента изменений. У нас нет инновационной индустрии. Поэтому талантливая часть молодого поколения (такие тоже есть) уезжает туда, где есть не только инновационный центр, но и главное – внедрение. Не надо считать уезжающих меркантильными сволочами. Чтобы осудить их, надо, наверное, иметь статус святого. Родине некуда деть идеи талантливых людей. Масса историй на тему создания гениальных изобретений людьми, которые здесь просто никому не нужны. Ни жирующему чиновничеству, ни олигархам, которые по-прежнему находятся в режиме поглощения капитала. Жратва не окончена – у нас еще есть Олимпиада: $14 млрд, потом – чемпионат мира по футболу и так далее. Думаю, мало у кого нет сомнений, в том, что $14 млрд отобьются когда-нибудь.

Полный текст по ссылке Компании умирают от старости. Что делать? : E-xecutive   19 апреля 2013 года

MBA образование в Москве -  ИБДА Российской Академии Народного Хозяйства и Государственной Службы (ИБДА РАНХ и ГС) при Президенте РФ

Штатный профессорско-преподавательский состав Института бизнеса и делового администрирования и Академии народного хозяйства при Правительстве РФ:

Преподаватели ИБДА | Институт бизнеса и делового администрирования - государственный ВУЗ Москвы
МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

НУЖЕН ЛИ СТРАНЕ ИНЖЕНЕР?

ГАЙДПАРК
Владимир Боглаев перепечатал изrunova08.blogspot.ru





     Но это всё где-то там, почти на другой планете. Что же касается наших скромных возможностей, то лучшее, что мы можем сделать для себя и страны – это повышать уровень конкурентоспособности свой и своих детей. Причём, делать это,

[Spoiler (click to open)]

рассчитывая только на самих себя, не сильно надеясь на поддержку у занятых своими проблемами верхов. А здесь есть над чем поработать. К сожалению, уровень качества профессиональной подготовки упал до критического уровня. Приходящие на собеседование дипломированные молодые специалисты показывают чудеса неграмотности и путаются и даже в простых понятиях. Металлурги не могут обозначить разницу между сталью и чугуном, электрики не знают закона Ома, механики не могут расшифровать аббревиатуру ШВП, а бухгалтеры не знакомы с планом счетов. На что ушли их годы учёбы? Кем, кроме протестных движений, могут быть востребованы эти грамотные потребители?

         Но это продукт деятельности действующей системы образования. И что делать молодым людям нестоличных городов, ведь они никак не могут повлиять на высокие решения?

        Это не совсем так. Если студент очень хочет учиться, то закон Ома он осилит и, при необходимости, применит на практике даже в условиях деградирующей системы образования. Но чтобы стать по-настоящему конкурентоспособным на рынке труда этого всё-таки маловато. Сам я родом из Белоруссии. Эта республика знаменита своим успешным партизанским движением, и пока Красная Армия сдавала позиции на фронтах, небольшие и разной степени организованности отряды, эффективно делалисвоё дело, внося свой вклад в будущую Победу. Мы не можем ждать, когда нас сделают сильными. У нынешних первокурсников нет времени ждать, когда повысится качество подготовки в учебных заведениях. Но нам никто не может помешать учиться самим и учить тех, кто придёт за нами. Пускай это больше смахивает на партизанское движение вдали от основных геополитических полей сражений, но это тот случай, когда интересы конкретного человека и государства совпадают. И если инициативы сверху сегодня буксуют, то, возможно, эта инициатива снизу поможет разорвать озвученный Вами порочный круг деградации.

Полный текст по ссылке
НУЖЕН ЛИ СТРАНЕ ИНЖЕНЕР? (или : «У нас есть пулемёты, а вот у вас их нет») | Владимир Боглаев

E-xecutive Владимир Боглаев: «Пришло время пересмотра экономической парадигмы России»

Статья директора ОАО «Череповецкий литейно-механический завод», участника СообществаВладимира Боглаева «Кому нужна модернизация в России?», вышедшая на E-xecutive.ru в 2010 году, произвела в Сообществе эффект разорвавшейся бомбы – публикация вызвала большой резонанс и дала старт масштабной дискуссии, собравшей более 1100 мнений и комментариев. Вопросы о том, кому действительно нужны подобные преобразования в нашей стране, и кто должен их оплачивать, оказались более чем злободневны. Актуальны они и в настоящее время, хотя четкого видения вектора модернизационных преобразований, равно как и самих кардинальных преобразований в России пока не наблюдается.

20 марта 2013 года на Московском экономическом форуме Владимир Боглаев представил доклад«Промышленная политика в условиях ВТО. Трудности только начинаются», который стал логическим продолжением темы болевых точек модернизации российской экономики в мировом контексте. Данное мероприятие оказалось знаковым – этой крупнейший форум за последние двадцать лет, в котором приняли участие представители более 30 стран – в том числе руководители предприятий, собственники компаний, политики, аналитики, ученые и журналисты.

Каково будущее российской промышленности? Кто должен финансировать конструктивную трансформацию этого сектора? Как России перестать быть сырьевым придатком Запада? Каковы для нашей страны последствия вступления в ВТО? По словам Владимира Боглаева, состав участников форума представлял круг лиц, сплотившихся для возрождения России в противовес учредителям Гайдаровского компрадорского форума и был более чем «звездным». Результаты форума участники мероприятия будут осознавать еще долго – настолько велико было количество поступивших предложений по выведению страны из экономического тупика.

«Пришло время пересмотра экономической парадигмы России, но чтобы перевернуть черную страницу разрушительного этапа в истории страны, необходимо отказаться от услуг идеологов власти международного финансового капитала», - говорит Владимир Боглаев. По его словам, конкретных предложений по альтернативному пути развития России оформлено немало, так как ряд идей начал прорабатываться еще до проведения форума на предварительных секциях. Объем исследовательской и аналитической работы, проведенной участниками форума, колоссален. «Но если говорить вкратце, то советник Президента РФ Сергей Глазьев убедительно показал безальтернативность политики новой индустриализации, а первый зам. председателя комитета по бюджету и налогам ГД РФ Оксана Дмитриева рассказала о ресурсах, которые могут быть использованы на эти цели. Очень убедителен был Нобелевский лауреат Жорес Алферов в своем докладе о ведущей роли научно технического прогресса в обеспечении права на суверенное управление страной», - подводит итоги Владимир Боглаев.

Однако если анализировать отношения российского бизнеса, связанного с производством, и власти в целом, то здесь, с сожалением отмечает эксперт, до единства мнений далеко. Видение одних и тех же экономических реалий у руководителей, решающих насущные проблемы «в поле», и у тех, кто принимает решения «наверху», отличается самым кардинальным образом. Отсутствие четкой системы экономических координат не позволяет определить реальное положение дел. Поэтому непонятно, куда же следует идти. «Допустим, мы сделали два шага влево, - говорит Владимир Боглаев. – Теперь надо свериться с компасом. Но как это сделать, если его стрелка постоянно в движении? Если вы не знаете, где находитесь, то сложно определить направление движения». Отсутствие обратной связи представителей власти с объектом управления делает любое управляющее действие хаотичным и бесцельнозатратным.

При этом есть ряд очевидных статистических показателей положения дел в стране, которые сильно уж отличаются от радужных докладов высших чиновников.

Так, если говорить о товарной структуре экспорта России в 2011 году, то 93% - это сырье и материалы, в том числе нефть и газ – 72%. Машиностроение – 4% из которых больше половины приходится на продукцию оборонной промышленности. Особенно красноречивы данные о посевных площадях современной России – их уровень не только ниже, чем в 1995 или даже в 1940 году, но даже меньше чем в 1913 году.

С 1990 по 2009 год численность работающих в промышленности, то есть тех, кто создает добавленнную стоимость, сократилась на 35,3%, в том числе с 2000 по 2009 год – на 22,7%. Соответственно на каждого приращивающего национальное достояние прибавилось едоков. За счет чего же стране удавалось их кормить? Ответ прост: с 2000 года нефтяные цены пошли вверх, и к 2011 году Россия заработала в 10 раз больше, чем за предыдущее десятилетие - более двух триллионов долларов.

Примитивное устройство российской экономики, ориентированной в настоящее время на добычу и экспорт сырья, - лишь часть безрадостной картины российской действительности. Еще одна проблема, требующая безотлагательного решения, - культурная деградация населения и низкое качество образования, ставшее причиной отупления молодежи. «Желаю увидеть смену тренда деградации России на тренд развития и процветания, - отмечает Владимир Боглаев. – После форума я еще больше укрепился в мысли, что необходимо срочно начинать готовить высокообразованных граждан в количестве и качестве намного большем, чем необходимо для общества грамотного потребления, иначе потреблять обществу скоро будет нечего». Отмечая неизбежность глобализации, он охарактеризовал этот процесс как «войну национальных и наднациональных элит за право распределять по своему усмотрению имеющиеся на планете ресурсы, где победители определяют правила международного разделения труда и соответствующим образом концентрируют производственные мощности мировой экономики.» По его мнению, «ВТО - это механизм глобализации, легализующий право победителей в этой войне принимать решение о перераспределении производства добавленной стоимости между территориями и участвовать в разделе мирового богатства». Эксперт считает, что вполне можно предположить последствия принятия тех или иных условий вхождения любой страны в эту организацию, а ответы на главные вопросы ВТО:

· В каких странах будут закрываться производства?

· Национальные интересы каких стран будут определять геополитическую картину мира?

учитывая «условия принятия России в ВТО, не оставляют сомнений, какую роль нам стремятся отвести в мире», - отмечает Боглаев.

Полный текст по ссылке
Владимир Боглаев: «Пришло время пересмотра экономической парадигмы России» : E-xecutive
МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

Конкуренция в экономике - благо или зло?

Редакция ФОМ

16 Апреля 2012

Конкуренция полезна для экономики, считают две пятых россиян. Вдвое меньше респондентов усматривают в ней вред. Людям не хватает конкуренции в сфере медицинских и коммунальных услуг, на рынке труда. А вот на рынке товаров повседневного спроса и в торговле ее, по мнению населения, сейчас достаточно.     


http://fin.fom.ru/ekonomika/10407 опрос «ФОМнибус», 8 апреля 2012





МЕТАФИЗИК, ОТРЯХНУВШИЙ  С  НОГ  МАТЕРИАЛИЗМ

Василий Колташов: О революциях прошлого


Василий Колташов: О революциях прошлого

Имя - Нептун, имеет происхождение из финикийского написания слова, без согласных, - Не ПоТоНувшие. Наше русское слово - допотопный, означает - что до потопа была цивилизация, наша. Ещё есть слово - господари, которое произносили - геспериды. Так вот, в той нашей цивилизации была собственность государственно частная, в виде - государственного подарка. К данному виду собственности цивилизации придётся вернуться, потому что экономика изменяется и не изменяться не может, потому что - в цивилизации происходят изменения под силой обстоятельств, обуславливающих и потому, что данное обусловливание есть реальность, формируемая информационно. Только означенная форма собственности будет искажена, потому что восстановится не в условиях знания сотворения метафизического, а сотворения первобытного - Адама и Евы. Это уже не будет цивилизация, потому что в первобытно-общинном строе государств не будет.